Владимир БУЛАТОВ

ПРАВОСЛАВНЫЕ МОНАСТЫРИ  РУССКОГО СЕВЕРА

Святая Русь издавна славилась своими монастырями, но ни в одной из ее земель не было такого числа обителей, как на Русском Севере. К исходу XVII века здесь насчитывалось свыше ста семидесяти монастырей и пустынь, то есть примерно каждый седьмой монастырь русской православной церкви был северным. И это, конечно, не случайно. Причины этого явления кроются в исторических особенностях развития нашего края, отличающих его от других регионов России. О том, как и почему возникали монастыри на Русском Севере, какой была их роль в жизни края и всей страны, и пойдет речь в этой главе....

Роль православных монастырей на Русском Севере

Православные монастыри были духовно-нравственными и культурно-просветительскими центрами Русского Севера, они обладали огромными административными, военно-политическими и хозяйственными полномочиями в северном крае.

Монастыри, как сказочные богатыри, вставали на южных границах вологодских земель, северном и западном порубежье, соседствовали с полярными морями, а на востоке вплотную подходили к Уральским горам

Вологодский историк А.В.Камкин определил контуры "системы", в которую объединялась вся совокупность монастырей Русского Севера.

 Монастыри традиционно были связаны друг с другом речными магистралями, озерами и волоками. Группа вологодских монастырей, расположенных по Сухоне, имела связь с Устюжско-Сольвычегодским кустом монастырей, а он, в свою очередь, по Северной Двине - с монастырями Нижнего Подвинья и Беломорья. Беломорские обители по реке Онеге сообщались с Каргополем, а по Выгу - с группой монастырей и пустынь Прионежья, от которых открывался путь к монастырям Приладожья и Олонецкого края; монастыри Поморья кроме того имели возможность поддерживать контакты с монастырями Кольского полуострова, а также с монастырскими обителями и пустынями Печоры и Мезени. Еще один мощный очаг православного монашества - Белозерье - был как 6ы связующим звеном между вологодскими и новгородскими монастырями. Таким образом возникало грандиозное кольцо монастырей, охватывавших весь Русский Север...

Этапы монастырской колонизации

В истории монастырской колонизацин Русского Севера выделяются три основных этапа. Первый начался с IХ века, когда новгородские удальцы-ушкуйники, не терпевшие над собой боярского насилия и произвола, устремились в бескрайние просторы Заволочья. Вслед за ними на поиски "безмолвного жития” отправляются отшельники, строившие свои кельи в лесной глуши. В дальнейшем, благодаря удачно выбранному месту (как правило, рядом с рекой или озером), а также в силу ряда других обстоятельств на лесной заимке вырастал небольшой монастырек с 3-10 иноками. Это был "особножительньй" тип монастырской обители, где каждый инок сам добывал себе пропитание, а братия в любое время могла разойтись...

В основном эти монастырские обители занимались миссионерской и богослужебной деятельностью.

"Процесс миссионерского проникновения в этот регион до середины XIV столетия шел вяло и носил эпизодический характер. Достаточно сказать, что к началу XIV века на Русском Севере появилось не более десятка монастырей, расположившихся на южных границах этой территории" (С.О.Шаляпин)....

Со второй половины XIV века положение резко меняется и начинается второй этап монастырской колонизации Севера.  В.О.Ключевский,... признавая факт быстрого роста числа монастырей с середины XIV века, объяснял его тем, что "пустынный° монастырь, игравший главную роль в монастырской колонизации, с этого времени "выходит из зависимости от покровительства мирских сил и развивается самостоятельно".

В XIV веке на Беломорском Севере возник ряд монастырей: Лявленский на Северной Двине, Кевроло-Воскресенский на Пинеге, Муромский на Кольском полуострове, Кирилло-Челмогорская пустынь в окрестностях Каргополя и Строкинская пустынь, на месте которой позднее вырос Каргопольский Спасский мужской монастырь.

В истории России православная церковь имела огромное политическое значение, выполняя роль духовного объединителя русского народа. На наш взгляд, очередной этап монастырской колонизации Севера неразрывно связан с эпохой рождения и становления Российского государства. Духовным пастырем целого поколения русских подвижников-миссионеров, основавших большую часть северных монастырей, стал Сергий Радонежский. Идеи отшельничества, уединенного монашеского подвига в отдаленных частях земли Русской, столь близкие Сергию, направили его учеников и последователей по всему Русскому Северу: в Заволочье, Двинскую землю, Терскую сторону. Вот их имена: Кирилл и Ферапонт Белозерские, Афанасий и Феодосий Череповецкие, Дмитрий Прилуцкий, Сергий Нуромский, Павел Комельский. Затем настало время  Сергиевых учеников: Александра Свирского, Александра Ошевенского, Анатолия Сийского, Зосимы Соловецкого, Стефана Пермского...

...
Основание Соловецкого монастыря связывают с именами трех человек: Савватия, Германа и Зосимы. В 1429 году Савватий пришел на Соловецкие острова из Валаамского монастыря. По дороге он познакомился с Германом, жившим отшельником близ реки Выг на Карельском берегу. На Соловках они прожили вместе шесть лет. В 1435 году старец Савватий пошел "ради причащения святых тайн" в страну Вагу, где вскоре скончался. Инок Герман вернулся на Соловки с другим монахом - Зосимой, уроженцем села Толвуя на Онежском озере, человеком энергичным и предприимчивым. Макарий, митрополит Московский и Коломенский, в своей ;„i4стории русской церкви" отмечает, что истинным создателем Соловецкого монастыря "по всей справедливости следует считать преподобного Зосиму, который, особенно в продолжение 26-летнего игуменства своего (1452-1478), умножил в ней число братства, устроил новые и более обширные церкви, кельи и прочие монастырские службы, учредил общежитие и весь внутренний порядок, обеспечил средства для его содержания''.

Архиепископ Великого Новгорода и Пскова владыка Иона выдал жалованную грамоту Соловецкому монастырю, по которой за святой обителью закреплялись все земли на Соловецком архипелаге (и десятая часть всей добычи от пришлых людей - М.З.).

Вторая половина ХV столетия - начало третьего этапа монастырской колонизации Русского Севера. В 1478 году состоялось окончательное присоединение Новгородской земли к Московскому государству, сразу удвоившему свои размеры и активизировавшему процесс монастырской колонизации.

Переход Заволочья под власть Москвы сопровождался переделом главного богатства края - земельной собственности. Московские правители неоднократно конфисковывали новгородские боярские вотчины, большая часть которых перешла в разряд так называемых "черных земель” принадлежавших великому московскому государю.

В Заволочье были в основном неплодородные земли, но это не означало, что владение ими не могло приносить гарантированных доходов. Наиболее важными статьями "дани и оброка" для Новгорода, а в дальнейшем и для московских правителей являлись продукты многочисленных промыслов: охоты и н рыболвства, солепарения, лесного, морского и зверобойного дела. Экономические причины, а также особый менталитет  поморов, отличавшихся независимостью и решительностью характера, способствовали тому, что на Русском Севере сложился своеобразный тип государственного феодализма, при котором самый многочисленный слой населения - крестьянство - не знал крепостной зависимости в классической ее форме.

Крупные северные обители

О крестьянах Поморья говорилось, что "они владеют своими деревнями и сидят на государевой земле, но на своих ржах и роспашах". Одновременно на смену распадающемуся крупному боярскому землевладению пришло и стало бурно развиваться монастырское землевладение. К примеру, Кирилло-Белозерский монастырь, возникнув на исходе XIV века к юго-востоку от Вологды, стремился приобрести земли в Поморье. Его владения появляются на реке Кеми, затем на Кольском полуострове  по рекам Умбе и Варзуге, в районе Каргополя и на Онеге. Кирилло-Белозерский монастырь становится серьезным соперником Соловецкого как по величине принадлежащих ему угодий, так и по размаху своих промыслов.

В XV-XVII веках крупным монастырям Севера фактически принадлежала светская и духовная власть в крае: Кирилло-Белозерскому - в Белозерье, Антониево-Сийскому - в Подвинье и на Мезени, Михайло-Архангельскому и Николо-Корельскому - в устье Северной Двины и на побережье Белого моря, Соловецкому - в Беломорье и Карелии, Александро-Свирскому  в Обонежской пятине, Красногорскому - на Пинеге, Трифоно-Печенгскому - на Кольском полуострове. Многие северные монастыри находились под особым покровительством московских правителей, которые делали богатые денежные и земельные вклады, выдавали иммунитетные и тарханные грамоты, представляющие монастырям разные привилегии и права.

Важная роль Соловецкого монастыря

В 1479 году Соловецкому монастырю была выдана жалованная грамота великого князя Ивана Васильевича и его сына Ивана Ивановича на владение всеми землями Соловецкого архипелага. При царе Василии III Соловецкий монастырь получил несудимую грамоту, подтвержденную всеми последующими царями вплоть до Василия Шуйского. Царь Михаил Федорович дал монастырю особое право по всем вопросам обращаться непосредственно в Приказ Большого дворца, минуя промежуточные инстанции. По особой грамоте все монастырские подворья были освобождены от казенных постоев и от платежа разных повинностей. К Соловецкому монастырю были приписаны мелкие монастыри с землями и крестьянами, непосредственно подчинявшиеся соловецкому настоятелю.

Соловецкий монастырь стал крупнейшим поставщиком соли на внутренний рынок Московского государства. Если в середине XVI века он в одной только Вологде продавал 60 тысяч пудов соли, то в середине XVII столетия - уже 130 тыс. пудов. Бытовала такая поговорка: "Москва веками соловецкой солью жила". Ежегодно монастырь выплачивал в царскую казну до четырех тысяч рублей оброка и других государственных сборов. Сумма по тому времени огромная. В критические для России времена монастырь всегда оказывал финансовую помощь государству. Так, при царе Алексее Михайловиче было выслано в Москву на жалование ратным людям 41 414 рублей и 200 золотых.

По своему политическому и экономическому положению Ставропигиальный первоклассный Соловецкий монастырь стал "политическим центром поморских волостей и всей северной Карелии, а главой политической власти в северной Карелии был фактически соловецкий игумен".

Значение прп. Антония и Антониево-Сийского монастыря

Антониево-Сийский монастырь был основан преподобным Антонием. Его отец Никифор был родом из Великого Новгорода, а мать Агафья - из двинской деревни Кехты. Родители будущего инока были зажиточными землевладельцами. В 1477 году у них появился первенец, названный Андреем. Ребенок рос сильным, красивым юношей, обученным грамоте и "изуграфству" — инокописанию. В 25 лет Андрей, лишившись родителей, оставляет все домашнее хозяйство своим братьям и сестрам и отправляется в Великий Новгород. В течение пяти лет он живет у своего дальнего родственника-боярина, женится на его дочери. Однако через год умирают жена и тесть. Убитый горем, Андрей продает все свое хозяйство, деньги раздает бедным и нищим, а сам удаляется в пустынь Каргопольского предела на озеро Кена (Кенозеро, видимо – М.З.). Здесь, в обители преподобного Пахомия, Андрей принимает постриг и становится монахом Антонием.

В 1520 году в Холмогорском уезде на реке Сии близ озера Михайлова Антоний основывает святую обитель. В 1544 году в монастырь прибыл двинской сотский Василий Алексеев сын Бачурин и, по велению великого князя московского Ивана Васильевича, отвел Сийской обители "круг его по лесу, и пашен, и лугов и озер всяких угодий на три стороны от монастыря, к Емце, да к Сие, да к Ваймуге по 3 версты в длину, а на четвертую сторону к Каргополю всяких угодий, и лесу, и пашен, и пожен, и озер на пять верст". Несколько раньше Антониево-Сийский монастырь специальной царской грамотой получает земли и соляные источники на Юре и у Смердьего озера. В 1579 году, всего через двадцать три года после смерти Антония Сийского, православная церковь канонизировала его. Старший сын Ивана Грозного царевич Иван Иванович литературно обработал житие Антония, составленное сийским иеромонахом Ионой. Авторитет обители сразу же вырос. Политическое и экономическое значение монастыря значительно усилилось после 1619 года, когда его бывший узник Федор Романов, отец основателя династии Романовых Михаила Федоровича, проживший в монастыре с 1599 по 1606 годы, стал патриархом Филаретом.

Игумены Антониево-Сийского монастыря Иона и Феодосий стали доверенными лицами московского патриарха и новгородского митрополита, получив от них и от московского царя огромные административные права по надору за местным краем: контроль над сбором патриаршей "десятины" и государственных налогов, право следить за благочестием и жизнью духовенства и прихожан, организовывать выполнение различных повинностей и призыв на военную службу, производить суд по духовным делам.

К Сийскому монастырю были приписаны более мелкие монастыри: Емецкий (Покровский) мужской, Емецкий (Ивановский) женский, Кривецкий мужской, Клоновский на реке Ваеньге, Лявленский женский и Чирцова пустынь на Мезени. На Русском Севере взаимоотношения мо-настырей строились по неписаному закону: "старший" опекал, а при необходимости защищал своего "младшего собрата" и помогал ему...

Монастыри - защитники Севера

Велико военно-оборонительное значение монастырей Русского Севера. Им не раз приходилось отражать нападения шведов, поляков, англичан. Многие монастыри в ходе сражений были сожжены и разграблены иностранными захватчиками. В 1571 году на Беломорском Севере появились шведы. Царь Иван Васильевич Грозный направил в Соловецкую обитель воеводу Михаила Озерова с четырьмя пушкарями и десятью стрельцами, с огнестрельным оружием и "зелием" (порохом). Из крестьян и монахов было создано монастырское войско в сто человек. В 1579 году "каянские немцы" большим отрядом напали на Кемскую волость и произвели "великое опустошение", а немногочисленное воинство воеводы М. Озерова было разгромлено. Летом 1579 года русские войска возглавил энергичный воевода Киприян Оничков. В короткое время он построил острог на шведской границе, обучил северян военному делу и разбил трехтысячный шведский отряд на подступах к Белому морю.

Эта победа не осталась незамеченной, и царь Иван Грозный шлет К. Оничкову похвальную грамоту: "...многих людей побили, и языки поимали, и щиты и самопалы у немецких (шведских - В. Б.) людей многие поимали, и острог от немецких людей отстоял и наши волости и монастырские от войны немецких людей все уберег, а тебя на тех делах ранили дважды". Нужны были более решительные меры по усилению безопасности монастыря и Поморья. Игумен Иаков и монах-строитель Трифон организовали сооружение каменной крепости. В короткое время была возведена величественная и неприступная стена длиною по окружности более версты из огромных валунов и камней, собранных по всему Соловецкому острову. Вес некоторых камней достигал семи тонн. Эти стены являются изумительным памятником инженерного искусства, а по мощи сопротивления любому огнестрельному оружию им нет равных в Европе. В 1592 году соловецкие стрельцы одержали убедительную победу над карельскими воеводами Магнусом и Иверстоном, выступавшими в союзе "с заморскими немцами". В ходе сражений "воеводку большого убили", а многих "иных ранили и языки у них поймали". В годы "смутного времени" соловецкий игумен Антоний вступил в дипломатические переговоры со шведским королем Карлом IX и его военачальниками. Своими благоразумными и умелыми действиями он не дал возможности шведам отторгнуть северные территории России. К этому времени Соловецкий монастырь уже имел свое войско, насчитывавшее 1040 ополченцев, размещенных в трех опорных пунктах: на Соловецких островах, в Суме и в Кеми. С 1637 года оборона Поморья полностью была возложена на Соловецкую обитель. Для сокращения расходов на содержание гарнизонов монастырь военизировал свою братию (145 человек), атгестовав по-военному каждого инока и распределив боевые посты на случай вражеского нападения. Соответственно настоятель Соловецкого монастыря сосредоточил в своих руках всю полноту не только духовной и гражданской, но и военной власти.

Следует подчеркнуть и роль других монастырей в обороне Отечества. В 1612 году Кирилло-Белозерский монастырь-крепость выдержал осаду и штурм польских интервентов, что ускорило наступление перелома в ходе войны и завершение "смуты". Свою лепту в разгром врага внес и Антониево-Сийский монастырь. В 1609 году Соловецкий монастырь оказал финансовую поддержку делу обороны России, направив Михаилу Скопину-Шуйскому 2000 рублей, а в следующем году (уже царю Василию Ивановичу Шуйскому) - еще 3150 рублей "на наем войск и жалованье служивым людям".

Северные монастыри - места ссылки

Административная роль монастырей Севера заключалась также в исполнении "государственного заказа" по отношению к неугодным правительству лицам: политическим, религиозным и уголовным преступникам и опальным. Одним из первых сосланньпс "в места, не столь отдаленные", стал Даниил Заточник. Мы располагаем немногими фактами из жизни этого "заключенного". Большой интерес представляет "Моление" Даниила Заточника - челобитная, направленная неким Даниилом, заточенным на озере Лаче Каргопольской провинции (отсюда - "Заточяик'), князю Ярославу Владимировичу около 1197 года. Это блестящее литературное произведение, стиль которого представляет собой сплав фольклорных и книжных традиций, раскрывает различные стороны русской жизни XII века. Здесь и обличение княжеских тиунов и рядовичей, притесняющих мелких феодалов, и недовольство богатыми, но глупыми людьми, которых слушают только из-за их положения, и насмешки над гонцами и послами, которые вместо исполнения возложенных на них дел проводят время в "дому пировном"...

Монастырская ссылка на Руси появилась раньше государственных тюрем, и к XVI веку ее механизм был отлажен: существовало разделение ссыльных по характеру преступлений и проступков, велась регулярная переписка между властями и настоятелями обителей, были разработаны методы розыска бежавших узников. Печально знаменитым в этом отношении стал Соловецкий монастырь, а его островное положение как нельзя лучше соответствовало роли "узилища". Одним из первых узников Соловецкой обители стал игумен Троицкого монастыря Артемий (1554 г.), а затем в разное время сюда были сосланы последний кошевой Сечи запорожской П.И.Кальнишевский, видный деятель "смутного времени" Авраамий Палицsy, 11 царь всея Руси" Симеон Бекбулатович, ' птенцы гнезда Петрова" П.А.Толстой и В.Л.Долгорукий, раскольничий проповедник Афанасий Белокопьггов, старообрядец Григорий Дружин и многие другие.

В XVI веке в Кирилло-Белозерский монастырь под присмотр братии Иван Грозный ссылает многих знатных узников: бояр Шереметьевых, князей Воротынских и Шуйских, московского митрополита Иоасафа.

 Как уже говорилось выше, узником Антониево-Сийского монастыря был постриженный в монахи по приказу Бориса Годунова Филарет (в миру — Федор) Романов, ставший впоследствии патриархом всея Руси. В Красногорском монастыре нашел свою могилу фаворит царевны Софьи, один из влиятельнейших вельмож и образованнейших людей Московской Руси князь-боярин Василий Васильевич Голицын. Николаевский Корельский третьеклассный монастырь "приютил" на тридцать пять лет представителя знатного княжеского рода Дмитрия Хованского. (По другому источнику, в Николаевский Корельский монастырь был сослан "за ябедничество и произнесение дерзких слон о царице Елизавете Петровне" князь Никита Андреевич Хованский, проживший там с 1754 по 1761 годы). здесь коротали ссылку лишенный архиепископского сана непокорный вице-президент Синода Феодосий Яновский, бывший ростовский митрополит Арсений Мациевич. Царь Борис Годунов насильно постриг в монахи своего непримиримого врага князя Ивана Сицкого и сослал его в Кожозерский монастырь.

Был лишен сана и заточен в далекий Пустозерский острог идеолог старообрядцев протопоп Аввакум Петров. В 1682 году по велению царя Федора Алексеевича пустозерские узники по главе с Аввакумом Петровым были сожжены в срубе "за великие на царский дом хулы". Протопоп Аввакум и будущий реформатор церкви Никон — бывшие друзья по религиозному кружку "древнего благочестия". Судьба Никона тесно связана с северными монастырями, здесь начался его небывалый взлет, они стали и свидетелями его падения. В тридцатилетнем возрасте на Соловках, в Анзерском скиту, он принял монашество. В 1639 году Никон отправился с Соловков к устью Онеги "и во время то от великого морского волнения едва не потопихомся; но, уповающе на силу Божественного Животворящего Креста, спасение получихом перед Онежским устьем, к пристанищу, к Кию острову... Будуще же тогда на том острове, на воспоминание того своего спасения водрузихом на том месте Святый и Животворящий Крест",— так писал о6 этом сам будущий патриарх. В дальнейшем он основал на Кий-острове Крестный монастырь. Его восхождение началось в Кожозерском монастыре, где он был игуменом, затем Никон стал новгородским митрополитом, а в 1652 году был избран шестым патриархом Московским и всея Руси. Последние пятнадцать лет жизни попавший в опалу патриарх-реформатор Никон провел в заточении сначала в Ферапонтовом, а затем в Кирилло-Белозерском монастырях.

Познали северное "гостеприимство" и представители высшей государственной власти. Глубокой осенью 1744 года в Холмогоры на имя архиепископа Варсонофия пришло письмо от самой императрицы с уведомлением о том, что архиерейский дом отныне поступает в казенное ведомство. Через несколько дней "под великим секретом" сюда были доставлены бывшая правительница государства Анна Леопольдовна и ее супруг принц Брауншвенгский Антон Ульрих. Более 36 лет провели в Холмогорской "гостинице" несчастные узники.

Тема административной роли монастырей в жизни Севера и России требует дальнейшей разработки, свободной от идеологизированного подхода. И прав работающий в Поморском университете историк С.О.Шаляпин, утверждающий, что "первый этап изучения темы истории монастырской ссылки в России окончился господством в историографии и массовом сознании совершенно неадекватной историческим реальностям модернизаторской концепции".

Миссионерская роль монастырей - христианизация языческого населения

В условиях, когда большая часть населения необозримых пространств Севера была языческой, миссионерство являлось основным направлением монашеского служения. Начало просвещению саамов-лопарей было положено еще в первой половине XIV века преподобным Лазарем Мурманским, пострижником Константинопольской Ново-Римской Высокогорной обители....

Лопари в штыки встретили первого христианского проповедника, несколько раз прогоняли его с острова, сожгли келью, покушались на жизнь старца. Однажды преподобный Лазарь исцелил от слепоты сына лопарского старшины, жившего на Рондоозере. И перелом наступил: первым крестился со всем семейством отец ребенка, а затем и другие лопари, проживавшие на побережье Онежского озера....

Мы мало знаем о монахах-проповедниках, которые селились среди саамов, изучали их язык, занимались просвещением народа. В 1526 году приняли христианство саамы, жившие близ Кандалакши. Для них в селении была построена церковь, а позднее здесь возник монастырь. Царь Иван IV пожаловал "для монастырского строения и для лопского крещения" обширные земельные угодьяг.

Гораздо труднее оказалось обратить в христианство тех саамов-лопарей, которые жили в отдаленных местах Кольского полуострова. Во многих документах того времени их называли "дикой лопью". Здесь открывалось широкое поле деятельности для наиболее способных и энергичных проповедников, среди которых был соловецкий монах Феодорит. Сохранить для истории важные сведения о христианском просвещении кольских лопарей Феодоритом суждено было герою Казанского похода Андрею Михайловичу Курбскому, рассказавшему о6 этом в XIII главе своей "Истории Иоанна Грозного"....

История распространения христианства в Кольской земле неразрывно связана с Трифоном Печенгским (1495-1583 гг.), заслужившим прозвание первоапостола лопарей. Шестьдесят лет жизни отдал поповский сын из города Торжка Новгородского края миссионерской деятельности среди саамов...Созданный им Печенгский монастырь становится к 1560-м годам крупнейшим хозяйственным и культурным центром округи.

Монахи Печенгского монастыря занимались морским рыбным и зверобойным промыслами, ловлей устриц, торговлей, скотоводством, оленеводством, соляным делом. "Архангельские губернские ведомости" поместили любопытные заметки священника-историка Г.Терентьева, в которых, в частности, говорится: "за избытком на свою потребу рыбного промысла, для сбыта остатков оного монастырь оро свел знакомство с гамбургскими купцами. К монастырю каждое лето приходил купеческий корабль, который получал от монастыря преимущественно красную рыбу семгу и сало, и доставлял ему, в замен оных, соль, крупчатку, вино и другие припасы с приплатою на нужды монастыря несколько десятков золотой монеты, или ефимков"....

В 1590 году шведы напали на Печенгский монастырь и разрушили его до основания, 51 монах и 65 послушников были убиты...Новый монастырь был построен уже вблизи города Колы, за рекою Колою...

Политическое, административное, военное и миссионерское значение православных монастырей Севера основывалось на их мощной экономической базе. Святые обители стали не только организаторами новых отраслей хозяйства, но и проводниками самых современных технологических идей в Поморском крае....

Каждый монастырь - духовный и культурный центр своей провинции.

Особую ценность представляли монастырские книжные собрания, которые были самыми крупными именно в святых обителях Севера. Исследовательница монастырских библиотек М.В.Кукушкина считает, что наиболее распространенным типом монастырской библиотеки были книжные собрания, насчитывавшие от 100 до 350 книг. В Соловецкой святой обители было 1500 книг, и эту библиотеку по числу томов можно сравнить с библиотеками Троице-Сергиевского, Кирилло-Белозерского и Иосифо-Волоколамского монастырей. Книги покупались, "вкладывались" (дарились, жертвовались) и переписывались. "Вкладчиками" в монастырские библиотеки Севера были цари и князья, митрополиты и епископы, купцы и бояре и даже северные крестьяне. Важно и то, что во многих северных обителях книги переписывались, и для этого создавались книгописные мастерские. Монастырские писцы и ремесленники украшали книги рисунками, особо выделяли заглавные буквы в тексте; изготовляли красочные переплеты, тем самым превращая книги в подлинные произведения искусства.

Можно говорить и о высоком уровне развития деловой письменности на Архангельском Севере, о повсеместном ее употреблении и разнообразии частных актов, начиная с опубликованных академиком А.А.Шахматовым Двинских грамот XIV и ХV веков и кончая огромными делопроизводственными архивами монастырей XVI-XVII веков. Установлено, что многие акты при подряде на землю, купле-продаже и других сделках составлялись в двух экземплярах, что служит ярким свидетельством бытования актов в крестьянской среде.

...В XVI-XVII веках в Холмогорах и других населенных пунктах Поморья жило много профессиональных писцов, образованных и просто грамотных людей. Список только профессиональных писцов, по данным архивов, содержит свыше пятисот имен. Как справедливо отмечает большой патриот Севера доктор филологических наук В.Я.Дерягин, "подготовка списка холмогорских, и шире — двинских грамотеев XV—XVII веков — одна из важных задач историков книжно-письменной культуры Русского Севера". Трепетное отношение к книге в монастырях передавалось и пастве — купцам, крестьянам, морякам и рыбакам....

Особое внимание уделяли монастыри воспитанию юношей и подростков. В северных губерниях у крестьян, мещан и купцов издавна существовал обычай посылать своих сыновей на год в Соловецкую обитель "потрудиться угодникам Зосиме и Савватию". Молодые трудники обучались в училище чтению, письму (в младщем классе), Закону Божьему, отечественной истории, географии и арифметике (в старшем классе), а также живониси, столярному и сапожному делу. Такие училища и школы создавались и в других северных монастырях. Наличие книжных собраний во всех монастырях, существование частных библиотек, открытие школ и училищ позволяют судить о6 уровне грамотности населения Русского Севера.

Еще в конце прошлого века на основе изучения сведений, содержащихся в житиях основателей северных монастырей, А.И.Соболевский сделал вывод о том, что  "не только под Москвою, но даже в таких глухих местностях, как поселения далекого Севера, не было недостатка в училищах". Антоний Сийский, например, обучался грамоте в двинской деревне Кехте. Александр Свирский - в родной деревне в Обонежье. В том же селе еще ранее научился грамоте и Зосима Соловецкий. Александр Ошевенский учился в деревне близ Белого моря. А если учесть, что население Поморского Севера приняло эстафету большой грамотности и книжности от Великого Новгорода, помноженную на необходимость владеть навыками письма и чтения в связи с многочисленными торговыми операциями северян как на внутреннем, так и на внешнем рынках, то станет ясно, что люди, проживавшие здесь, составляли одну из самых образованных частей населения России.

В "Истории Академии наук СССР" отмечается, что в первой половине XVI века среди землевладельцев Европейского Севера было более 80 процентов грамотных людей. И, видимо, не случайно наш Ломоносов "по своей и Божьей воле стал разумен и велик". Чтобы получить более полную и точную картину, необходимо специальное научное исследование, посвященное истории образования и письменной культуры Русского Севера....

Многие святые обители содержали иконописные мастерские. К примеру, в Соловецком монастыре действовала школа живописи, в которой молодые люди из числа послушников и богомольцев под руководством опытных мастеров занимались рисованием и иконописанием. Многие из питомцев этой школы стали известными мастерами живописи и инонописи. К числу их относится и выдающийся художник, "певец вечных льдов" Александр Александрович Борисов, который получил свои первые уроки рисования в Соловецкой школе.

Во многих монастырях имелись свои ювелиры, резчик по дереву, искусные швеи и вышивальщицы, в том числе и мастерицы шитья золотом, серебром, жемчугом. Николо-Корельский, Соловецкий и Трифоно-Печенгский монастыри не только организовали добычу речного жемчуга, но и украшали им изготавливавшуюся в монастырских мастерских церковную одежду и утварь.

Подытоживая сказанное, подчеркнем, что значение северных монастырей трудно переоценить. В течение нескольких веков они были важными духовными, п-литическими, административными, военными центрами края, внесли неоценимый вклад во все сферы материальной и духовной культуры Русского Севера.


Примечания:
1
. Из книги В.Булатова "Русский Север", книга первая "Заволочье. IX-XVI вв.". Архангельск, изд-во ПГУ. 1997 г.
2. С сокращением.
3. Булатов Владимир Николаевич (1946) -  доктор. ист наук, профессор, Поморский ГУ, г.Архангельск.
4. Разбивка текста по тематике - М.Зак.
5. Библиография опущена.